Отблески далекой зари
Мы, авторы этих строк, получили свое среднее образование в одной школе. Одна из нас, Наталья Лаврова, училась в 30-е годы прошлого века, другая – Элла Молдавская – в 50-е – 60-е годы. Каждая из нас ведет рассказ о своем времени.
Понятно, что краски наших воспоминаний очень разнятся друг от друга, но суть осталась одна: мы любили свою школу, и она того стоила. Это школа имени Ленина, существует она и сейчас и относится, как теперь принято говорить, к числу элитных, став лицеем №1.
После революции школа занимала двухэтажное здание по соседству с бывшей Мариинской гимназией, во второй половине 30-х ее перевели в прекрасное здание этой гимназии. Помнится, каким праздником был для нас, тогдашних школьников, этот переезд. Вместо темных классов с низкими потолками – просторные светлые комнаты и великолепный зал, в котором устраивались школьные праздники, а в будни велись спортивные уроки. Место нашей школы ныне заняла консерватория, что было большим ярким событием для города, тем более что школу не обидели, выстроив поблизости новое здание.
Итак, шагнем в глубь минувшего… Теплый сентябрьский день… Шумящей гурьбой устремляемся мы, пятиклассники, на свой первый урок рисования. Двери распахиваются, и перед нами предстает большая комната, в которой рядами стоят высокие столы – пюпитры для рисования; каждому ученику – свое отдельное место. Встретил нас уже далеко не молодой художник Павел Власов, который в свое время был учителем Кустодиева, Горюшкина-Сорокопудова и многих других знаменитых художников, теперь он и сам гордость астраханцев. Грустно, что наше общение с этим интересным и талантливым человеком длилось всего один учебный год. Вскоре школа провожала его в последний путь…
Уроки черчения вела у нас Евдокия Родионовна Нишмонина. Человеком она была незаурядным: натура яркая, колоритная. Все в ней было не-обычно: твердая походка, манера держаться, прическа, одежда, скорее похожая по покрою своему на мужскую. Недаром многие годы школьники звали ее между собой “бабушка революции”. Но учителем она была отменным, учила мастерски. В программе нашего тогдашнего обучения, помимо основных дисциплин, были уроки труда. Для этого оборудованы были мастерские – слесарная и столярная. Признаюсь, уроки слесарного дела меня совсем не вдохновляли, а вот в столярную мастерскую я ходила с удовольствием. Кружевные завитушки древесных стружек, свежий запах дерева создавали всегда удивительно светлую, солнечную атмосферу. Вспоминая теперь все это, думаю, что автором этой легкой и радостной атмосферы труда был наш учитель. Мы его звали дядей Мишей, и он оставил в наших сердцах самую добрую память на всю жизнь.
А еще нам в наследство досталась библиотека Мариинской гимназии. Это было целое сокровище, горами лежащее в одном из помещений. Прикоснулись к этому богатству прежде всего старшеклассники с учителями, которые стали приводить все в порядок. Моя страсть к книгам привела и меня, пятиклашку, в библиотеку. Поговорив со мной и убедившись в моем горячем желании заняться разборкой книг, доверили мне на переменках выдавать ребятам книжки для чтения. Запомнился такой эпизод: двое мальчуганов подошли к окошечку. Один из них взял в руки повесть Гоголя “Старосветские помещики”. Спрашивает у приятеля: “Ты читал, интересная?” Тот отвечает: “Интересная, но ты ее не бери. В ней много о еде говорится, и когда читаешь, очень есть хочется!” Время-то было трудное, всем тогда хотелось есть. В стране шла коллективизация, многое менялось.
Но в школе жизнь шла своим чередом. Вокруг нас были наши учителя, щедро отдававшие нам свои знания: Мария Дмитриевна Гужвина, Андрей Капитонович Ишков, Анна Ивановна Смирнова, Татьяна Николаевна Кокнаева и многие-многие другие.
В конце 30-х, когда мы окончили школу, произошло событие, которое позднее стало знаковым для всей страны: у нас была введена ученическая форма одежды, – точь-в-точь такая же, как была в России при царе-батюшке. И кто бы, вы думали, ее ввел? Наша директор, Ирина Федоровна Братчикова, коммунист, верой и правдой охранявшая коммунистические идеалы. Думаю, она была, несомненно, умным человеком и мыслила, что одинаковая одежда не будет вносить разногласия в ученическую среду, никто не будет задирать нос друг перед другом. И вот весенней порой на улице Советской стали появляться новоявленные гимназистки. Наши белоснежные воротнички и манжеты, наши фартучки, в будние дни черные, а в праздники – белые, произвели настоящий фурор. Мы же, ощущая всеобщее внимание, слыша всеобщее одобрение и нередко возгласы восхищения, чувствовали себя на седьмом небе. Что ж! Директор Братчикова знала, что делала. Недаром ведь спустя годы в стране ввели единую форму для школьников. А зачинщицей полезного дела была наша астраханская средняя школа, носившая тогда имя В.И. Ленина.
Не могу не упомянуть еще одно событие, которое коснулось в школе нашего 10-го класса “А”. Учился с нами Саша (фамилию его называть не буду), юноша своенравный, сын высокопоставленного чиновника, мог спокойно обидеть кого-то из нас резким словом или насмешкой. И вот однажды над безоблачным небом Саши разразилась гроза. Весенним утром (шел 1938 год) прибежала в школу Сашина мама в смятении и в слезах. Ночью арестовали Сашиного папу, обвинение: “враг народа”! Да, это случилось именно тогда, когда в стране “жить стало лучше и веселее”. Для нас, десятиклассников, был устроен в городском Дворце пионеров великолепный бал с нарядной елкой, который помню до сих пор. И вот за такими праздниками происходили страшные события, гибли невинные люди. А истинной правды происходящего тогда никто не знал… Сашина мама решает срочно выехать в Москву. Сашу берут в свою семью родители нашего одноклассника Володи Марисова. И надо отдать должное нашему классу, все вели себя так, как будто ничего не случилось. Мягко, деликатно выражали ему свою дружбу, старались чем-то помочь, поддержать. И Саша понимал: он не один, вокруг него друзья. Можно сказать, что наш 10“А” той весной выдержал два экзамена: один на знания, полученные в школе, другой, и я считаю не менее важный, экзамен нравственный, мы все не оставили товарища в беде.
…Миновали годы, немало событий прошумело, но самой яркой остается в памяти пора юности, пора надежд и дерзаний. И отблески зари промелькнувшей юности продолжают каким-то волшебным образом всю твою жизнь дарить сердцу радость. Конец 30-х – начало 60-х – отрезок времени величиной с четверть века, за который прошло не одно поколение. Поколения-то разные, но сколько в них общего! Объединил всех нас тот дух порядочности, бескорыстия и скромности, который царил в нашей 10-й школе. Все мы дышали одним воздухом, вдыхая атмосферу добра, которую нам дарили наши учителя.
Попытаюсь и я, Элла Молдавская, перелистать страницы своей памяти.
Помню себя пятиклашкой, переступившей порог школы №10. До этого я и мои одноклассники учились в начальной школе №6, которая располагалась на улице Достоевского (ныне Коммунистическая). От одной учительницы начальных классов мы перешли к учителям-предметникам. В тайны Древнего мира нас посвящала Т.Н. Кокнаева, та самая Татьяна Николаевна, которая обучала любимому предмету Н.Н. Лаврову. Искусству рисовать с натуры в отдельном кабинете рисования (но мы сидели уже не за пюпитрами, а за партами по двое), нас обучал Загид Абдурахманович Алиев. Нам было очень интересно наблюдать за тем, как ловко он орудовал левой рукой и изображал прекрасные меловые рисунки на классной доске. Черчение вел Яков Лазаревич Марро. Евдокия Родионовна Нишмонина тогда уже не преподавала, но эта “бабушка революции” (кличка прочно закрепилась за ней) часто посещала школу и была самым уважаемым ее другом. Несколько позже мы – юные тимуровцы – взяли над ней шефство, посещали ее на дому. По книжным лабиринтам нас сопровождал замечательный библиотекарь и преподаватель литературы Иван Александрович Конобеев. Благодаря ему мы стали понимать, что читать книги нужно не только ради удовольствия, а прежде всего на книгах нужно воспитываться.
Когда я училась в 8-м классе, в школу пришла новый завуч, которая стала преподавать в нашем классе историю. Это была Анна Николаевна Павловская.
Она до самозабвения любила историю и эту любовь к предмету передавала нам в своих завораживающих рассказах. А с каким удовольствием мы посещали исторический кружок, которым она руководила! Какая исследовательская краеведческая работа велась в этом кружке! Анна Николаевна поручала нам работать с документами в музее им. С.М. Кирова, мы вместе с ней посещали на дому участников гражданской войны. Здесь мне хочется вспомнить В.К. Родионова – бывшего главного врача 1-й городской больницы, располагавшейся на Паробичевом бугре. В музее им. С.М. Кирова был помещен портрет Родионова как одного из самых активных участников установления Советской власти в Астрахани. Валентин Константинович писал свои мемуары, но у него было очень плохо со зрением. И на нас, членов исторического кружка, была возложена очень ответственная миссия под его диктовку записывать воспоминания, которые впоследствии вошли в книгу.
А разве можно забыть нашего классного руководителя, преподавателя французского языка Галину Гавриловну Ржавскую! Милая, несколько эмоциональная, она привила любовь к предмету, который впоследствии стал для многих из нас специальностью. И сейчас на кафедре французского языка университета успешно трудятся ее ученики.
Самые теплые воспоминания оставил директор школы – Леонид Григорьевич Долгий. Этот большой человек по комплекции имел очень большое и доброе сердце и всегда был в курсе всех наших успехов и промахов. Запомнилось, как после окончания одиннадцатого класса директор выдавал нам аттестаты зрелости. Он за считанные секунды успевал дать яркий и точный портрет выпускника, даже не называя его по фамилии, но все понимали, о ком идет речь.
Много было торжественных случаев на протяжении нашей школьной жизни. Но самыми запоминающимися для меня остались вечера встречи с выпускниками, которые проводились обычно в феврале. Многие из них были уже известными и уважаемыми людьми в нашем городе и приходили в школу в качестве почетных гостей, а мы, старшеклассники, с трепетным чувством слушали их и хотели быть похожими на них. Среди них были Иван Никитич Аламдаров, Лазарь Александрович Винник, Элеонора Михайловна Плавинская. В самом почетном кругу всегда оказывались Маргарита Александровна Зороастрова, Роза Иосифовна Фельдман, Анна Николаевна Павловская. Мы знали, что наша Анна Николаевна оканчивала школу №10 и что училась она у Маргариты Александровны.
Совсем недавно, когда мы с Натальей Николаевной перелистывали школьные фотографии, на одной из них я увидела ученицу, лицо которой мне показалось очень знакомым. Как потом выяснилось, это была Риточка Зороастрова, а на другой фотографии я увидела юношу с сосредоточенным лицом, его облик мне тоже кого-то напоминал. Наталья Николаевна мне подсказала, что это ее одноклассник – Макар Ишков, впоследствии известный журналист.
Промелькнули десятилетия, мы вошли в новое тысячелетие. В самом начале века и тысячелетия в холодный январский день скорбная толпа выпускников провожала в последний путь Маргариту Александровну Зороастрову, а затем все мы собрались в школьной столовой, чтобы помянуть любимого учителя. Поминки вылились в своеобразный отчет поколений 30 – 80-х годов, из которого можно было сделать вывод, что выпускники не подвели свою школу и подавляющее их большинство состоялось как личности.
С молниеносной скоростью промчались годы. Готовясь к славному 450-летнему юбилею родного города, наша любимая школа будет отмечать свое 90-летие, а мы с Натальей Николаевной с разрывом в четверть века будем тоже отмечать юбилейные даты – 70-летие ее выпуска и 45-летие моего. Опираясь на чудесные свойства памяти, мы решили написать наши воспоминания. Нам бы очень хотелось, чтобы новое поколение, которое заканчивает ныне лицей №1, хоть чуточку по своим действиям и поступкам было похоже на нас, но шли дальше и добивались большего.
Н. Лаврова, Э. Молдавская
